ЛЕОНИД ПАЙДИЕВ — «КАКОЙ БУДЕТ ЭКОНОМИКА НОВОГО МИРА?» -2

3. Магистральный путь развития.

Эмиссия расчётных средств — дело ответственное, она не должна зависеть от политической и экономической конъюнктуры отдельной страны. Вот первая линия борьбы, первая линия международных интриг. Инвесторам, хозяевам бирж и организаторам фьючерсной торговли потребуются убедительные доказательства, что новая валюта будет защищена от аппетитов Казначейства и политиков США и любой другой страны.

Вторая линия интриги – финансисты поняли, что в 21 веке выживет лишь имеющий за собой собственную эмиссионную машину. И финансисты потребуют доступа к ней.

И эти вызовы США должны купировать. Такой вызов сейчас бросила Европа, а завтра Китай. И не только они:

“Экономический советник премьер-министра Малайзии Мохаммад Якоб сообщил журналистам, что группа мусульманских государств недавно разработала проект коллективной расчетной валюты — золотого динара — и уже со второго полугодия 2003 года эти деньги будут использоваться в рамках Организации Исламская конференция (ОИК), ОПЕК и Организации арабских стран — экспортеров нефти (ОАПЕК). То есть почти 30 стран отказываются от долларов во взаимных финансово-экономических отношениях”. Конец цитаты.

Вызов брошен, слишком многие поняли, о чём идёт спор.

Новая финансовая система возникнет в ходе кризиса. Вопрос только в том за чей счёт будет создана новая система и кто будет хозяином. Доллару и его хозяевам придётся потесниться.

Никто не хочет обвала доллара, все бы хотели договориться по хорошему. Однако не всё во власти человека.

Достаточно чуть-чуть удешевить доллар, снизить привлекательность активов выраженных в нём, все, в том числе и толпа международных спекулянтов, поймут, что доллар дешевеет, то сразу начнётся неуправляемый обвал пирамиды. Все спекулянты учились на примере игры Сороса против фунта, они захотят повторить этот подвиг. Так, что сценарий мягкой девальвации не работает, он почти сразу перерастает в третий.

Надо иметь много ликвидных ресурсов, чтобы выстоять в этих условиях. А ликвидные ресурсы в этом случае лишь золото, евро, английский фунт, гонконгский доллар (юань), иена. Хозяева этих ресурсов – Англия, Китай, Япония, союз Германии и Франции, — потребуют плату, потребуют поделиться властью. Плавная сдача доллара возможна лишь при согласии основных стран потенциальных эмитентов резервной валюты.

Спасители потребуют себе места в инвестиционном бизнесе. Речь может идти лишь о создании нового МВФ, которым будут править эти страны: Китай, Англия, Европа, Япония и, конечно, США.

Но тогда страховой и инвестиционный бизнес США вынужден будет уступить своё господствующее место финансистам из этих стран. Монополизм США ослабеет, и для мировой экономики эти услуги станут намного дешевле. Прибыли США от инвестиционного и страхового бизнеса будут не больше европейских или японских и сократятся пропорционально их доле, попросту в разы. Это чудовищные убытки для американской экономики и бюджета.

Расходы федерального правительства США придётся резко сократить. США не смогут иметь огромную армию, ВПК США сократится на порядок. Попросту США могут иметь максимум пять английских или французских армий, на самом деле даже меньше, ибо США страна федеративная, с духом сепаратизма, а в той же Англии силовой блок выведен за пределы демократических процедур.

Глобальному господству США не будет места, не будет места и всем, кто имеет от этого деньги. Поэтому партия умеренных, готовых договориться с Европой в США имеет очень мощных оппонентов.

Будущее определяется тем, кто и на каких условиях будет контролировать единый эмиссионный центр, и на каких условиях будут получать к нему доступ финансисты – банкиры, инвестиционные банкиры, страховщики.

Возможны варианты:

А). Сохранение монополии доллара.

Б). Появление наряду с долларом центров евро и юаня. Это неустойчивая ситуация: сильные деньги всегда вытесняют слабые. Период конкуренции не будет длительным, и эти несколько лет будут годами тяжелейших потрясений.

Б) Будет создана единая мировая валюта эмиссионным центром по образцу МВФ. Ключевым вопросом будет орган управления этим центром. Именно там будет решаться вопрос о том, какая страна получит доступ к миру финансов, а значит и к миру высоких технологий вообще.

Это вводные к ответу на вопрос, какой будет новая экономика. Ибо она будет зависеть от общественных отношений. Кому будет служить НТП и эмиссионная машина?

4. Новая экономика.

В новой экономике ключевыми словами будут финансы и информация. Новые технологии обработки и распространения информации дадут даже небольшому коллективу людей такие же информационные возможности, что и огромной корпорации. Небольшая группа людей может управлять огромными процессами. Необходимы только специалисты, способные работать в этом поле и главной их способностью является способность к синтезу знаний из различных областей человеческих знаний. Иногда эту способность называют способностью к творчеству или креативностью.

Рекомендовал бы почитать по этой проблематике работы статьи Е.В. Гильбо.

Что необходимо этим людям? Единственно деньги для раскрутки страхование их рискованных проектов. Напомню, что написано выше в этой статье:

“В постиндустриальной экономике роль и прибыльность инвестиционного бизнеса растёт многократно. Богат не собственник земли, патентов и оборудования, а тот, кто сможет мобилизовать огромные средства для реализации рискованных венчурных проектов”.

Такие люди есть среди европейских и немецких финансистов в изобилии. У них нет за плечами эмиссионной машины. Сейчас вопрос о её создании находится в стадии решения. В случае успеха они пополнят ряды этой элиты. Если наша страна начнёт такие же работы, в их списке будут и русские фамилии.

Как будет построено общество таких людей? По мнению Е.В Гильбо ключевым словом здесь будет клиентела.

В Риме горстка богатых граждан, живших за счёт эксплуатации колоний, брала на содержание остальных граждан.

Уже сегодня на сектор услуг в США приходится от трёх четвертей до пять шестых экономики (в зависимости, что включать в услуги). Американское общество условно можно описать так: 30% кормятся своим трудом – это трудовая Америка, три процента верхних кормят оставшиеся 70%.

Как это будет выглядеть по жизни?

Великий фондовый аналитик. Его имя – самый дорогой брэнд. Его подпись не просто двигает огромные массы денег, но сама способна их создавать. В работе его обслуживает небольшое число аналитиков, обрабатывающих потоки информации. Какое то очень небольшое количество людей информацию вводят в компьютер. Ну, шофёр и охрана. ВСЁ.

И те, кого он согласился кормить по каким то соображениям.

На микроуровне мы видим живые примеры: Великий писатель или Великий финансист и его прихлебатели: любовницы и их визажисты, любимые учёные, например, исследователи НЛО или проблем геронтологии и т.д.

Но как это будет выглядеть на уровне экономики? И что будет с реальным сектором или со “старой” экономикой, как его ещё называют.

Позволю привести свою статью из журнала “Научный парк” за декабрь 1997 года “Как Россия войдёт в 2000 год?”

Бурный рост экономики ряда развивающихся стран объяснялся увеличением их долгов. Даже в России появились идеологи, предполагавшие, что подобный рост — это надолго (см. журналы “Коммерсант”, статью Вавилова и интервью Ходорковского, статьи об экономическом положении Индии). Но пирамидальные долги рушатся и этот печальный опыт известен и специалистам и хозяевам фондового рынка. Им очевидно, что пора остановить стихийное разбухание долгов. В основе этого нездорового роста лежит деятельность финансовых посредников, готовых обещать любые проценты ради того, что бы заработать на размещении займа. И платил за всё мелкий инвестор, пресловутый “дантист из Бельгии”, вкладывающий деньги в надёжный, по его мнению, фонд. Самое печальное, что современные финансовые технологии предполагают размещение активов в большом числе структур, происходит переплетение вложений. В итоге неизбежного в таких условиях мультипликатора непропорционально большое число структур зависит от судьбы этих рискованных вложений. Аналогичная ситуация сложилась в 70-е годы. С большим трудом ситуацию удалось временно стабилизировать. О чём популярно поведал Дж. Сорос.

Денег странам должникам будут давать всё меньше. И кризис как в Индонезии приобретает самоподдерживающийся характер. В этой ситуации неизбежно банкротство данной страны, данного общества. Именно это означают жёсткие требования МВФ к Индонезии.

Но каков будет мир после нового кризиса? После того, когда долговая пирамида перестанет расти. По крайней мере, её рост будет не быстрее, чем это нужно для недопущения всеобщего краха.

С одной стороны это означает, что скандалов быть не должно. Никто не должен слишком шумно требовать долгов и надо понемногу подбрасывать денег для выплаты процентов. Все крупные кредиторы должны быть членами международных клубов и стабильно выделять гранты неимущим. Именно поэтому Россию приняли в Парижский и Лондонский клубы. Теперь Россия должна. Поскольку Россия не может выделять помощь бедным должникам то следует более активно реструктурировать их задолженность (таковы правила).

С другой стороны в сегодняшнем однополярном мире будет намного меньше нарушений стандартных требований МВФ и ВТО. О чём идёт речь?

1. Практически все страны будут проводить жёсткую денежно — кредитную политику и иметь ничтожные величины дефицита бюджета. Но достигнуть этого можно только сокращая расходы.

2. Современные механизмы финансовых расчётов увеличат количество оффшоров и объёмы финансовых операций на порядок. Ничтожные налоги станут общим правилом. Государство сможет эффективно собирать лишь налог с продаж и недвижимости. Да и то только в очень богатых и цивилизованных странах. Доходы от внешнеэкономической деятельности станут ничтожными. Это означает финансовый крах центральных правительств. Деньги будут только у отдельных муниципалитетов населённых зажиточными людьми.

Вообще в мире появится много мини Швейцарий для богатых.

3. Сокращение государственных социальных программ. Для бедных условия ухудшатся. Самое печальное, это ограничение доступа к образованию. Спасением для небогатой, но талантливой молодёжи может быть только Интернет.

4. Рост частного накопления. Развал государственного социального страхования заставит людей копить на старость. Копить будут даже недоедая. Иное означает смерть. И своему Правительству банкроту их ни за что не отдадут.

5. Падение потребности в человеческом труде (см., например труды французских социологов). Необходим и дефицитен только капитал. Для реализации своих целей капиталисту нужно всё меньше наёмных рабочих. Отсюда рост числа ненужных людей и концентрация богатств в руках немногих. Возникает экономика, работающая на богатых (другой платёжеспособный спрос сокращается). Причём пугало в лице коммунистов, профсоюзов исчезнет, а возможности манипуляции сознанием масс возрастут.

6. Приостановится тенденция роста среднего класса в ЮВА и во всём мире. Это уже происходит даже в США. Сокращение среднего класса это сужение внутренних рынков. Рынки станут иными: будет очень велик спрос на продукты для богатых и на оборудование.

7. Сырьё будет не очень нужным. Этому поможет внедрение новых технологий. Но важнее другое: если нет среднего класса, то нет и массовых технологий. Вместо десятков малолитражек строится один “Бентли”.

8. На фундаментальную науку денег дадут всё меньше. Увы, науку сокращают всегда быстрее. Всё большую роль играет и бюрократизация международной науки. Это ещё более снижает её КПД.

Но утилитарное использование накопленных знаний и усовершенствований возрастёт. Единственная революция — это Интернет. Благодаря ему увеличится число междисциплинарных пересечений. Как никогда возможен синтез знания и культур.

9. Самым важным будет сокращение возможностей альтернативных сценариев завоевания международных рынков. Южная Корея, Япония, Тайвань. Они действовали строго вопреки рекомендациям МВФ. Создавали крупные корпорации, закрывали для иностранцев банковскую систему, развивали государственное регулирование. Это не случайно: бедняк завоёвывающий место в жестоком мире живёт по иным законам, нежели богач. Но теперь это невозможно: МВФ и Всемирная торговая организация прямо запрещают такую практику. Страна, проводящая политику догоняющего развития, протекционистскую или даже экспортоориентированную, становится изгоем.

Немногие страны смогут пробиться в таких условиях. Смогут лишь некоторые люди из них. Но кому из них, например удачливому финансовому аналитику, будет нужным Государство банкрот, ничем не могущее ему помочь? И это проблема будет характерной для всех стран, даже для европейских. Российское государство сохранится если только сможет найти общенациональную программу завоевания Россией места на таких рынках. Иначе самые энергичные плюнут на Россию за ненадобностью и уедут в новые международные мини Швейцарии для богатых.

Польский экономист сказал по поводу рыночной перестройки в своей стране: “мы думали, что трудности перехода к рынку будем преодолевать все вместе, а оказалось, что каждый из нас будет приспосабливаться сам по себе”. За этим стоит атомизация общества.

Иметь анклав процветания в нищей стране дело безнадёжное. Примером такого процветания под “Дамокловым мечом” в России является Газпром. Увы ему приходится постоянно откупаться внутри России, его грабят нищие страны, через которые идёт транзит. Развитые страны (в частности США) делают всё, чтобы подорвать его позиции и сделать сырьё максимально дешёвым. Разорительные попытки Газпрома прорвать блокаду (вроде экономически бесперспективной попытки тянуть газопровод по дну Чёрного моря в Турцию) не могут изменить ситуацию. Противостоять в одиночку США Газпрому не под силу. За ним стоит (вернее только делает вид, что стоит) никчёмное российское государство”.

Я нарисовал мрачный прогноз, не значит, что он сбудется. Вопрос в том, будет ли постиндустриалка работать на себя или на человечество.

Будет ли развиваться в должных масштабах обычное производство для прочего человечества за пределами “золотого миллиарда”? Рост благосостояния человечества будет означать рост и традиционной экономики – рост того же АПК и производства оборудования для АПК и т.д.. Постиндустриальный сектор будет обслуживать разросшийся индустриальный. Чем больше будет богатство всего мира, тело мировой экономики, тем больше будет и голова, постиндустриальная экономика.

Этот сценарий развития индустриального сектора в развивающихся странах возможен при доступе к мощной финансовой системе и способностью правительств и экономик этих стран переключить производства на внутренний рынок. Это возможно лишь при объединении нескольких государств в одно большое, нескольких рынков в один. Только в этом случае можно создать национальную финансовую систему достаточной мощности.

Поэтому этот сценарий менее вероятен. Похожий выбор стоял перед человечеством в начале 20 века. Тогда тоже экономистов всерьёз заботил вопрос о том, что экономика более не служит человеку, но капиталу.

Масштабы постиндустриальной экономики определяются масштабами индустриальной: чем больше тело, тем больше голова. Но надо напомнить об определённом феномене самоедства экономики. Его первым описали В.Гильфердинг и Р.Люксембург. В. Ленин, как “закон преимущественного роста средств производства”. Он описал частный случай, когда производство средств производства может расти быстрее, чем производство предметов потребления. При этом мир делится на страны рантье и страны фабричных рабочих.

Реальное развитие экономики опровергло эту гипотезу Ленина. Но что это были за факторы? Марксистские учёные неплохо описали противодействующие тенденции: рост благосостояния среднего класса, научно-технический прогресс.

Новая экономика должна работать на всё человечество, а не на единиц.

Экономика для богатых имеет свои закономерности. Наиболее подробно они исследованы в работах Т. Веблейна, прежде всего “Экономика праздного класса”. Цена обычного товара определяется его качеством и затратами на производство. Но в случае товаров для богатых ситуация обратная: качество и затраты подгоняются под цену. Товар должен быть очень дорог, то есть недоступен по цене не членам элиты и в этом его главное потребительское качество. Под это качество недоступности не членам избранного круга подгоняются другие свойства.

Лучше всего это видно на примере часов или автомашин.

Красивые и надёжные кварцевые часы сегодня стоят копейки. И эта дешевизна сама по себе является важным потребительским преимуществом, ведь дешёвая вещь не обременяет хозяина заботами о своей сохранности.

Но нет, надо купить дорогие швейцарские часы, которые внешне ничем не отличаются от дешёвых и имеют массу абсолютно ненужных функций.

Швейцарские часы – произведение искусства, так красивым словом обзывают товар для богатых, потребительские качества которого определяются тщеславием, то есть причастностью к избранному кругу.

Тщеславие избранного круга — вот ключевое звено экономики которая создаётся.

В этой экономике реальный сектор был не очень нужен уже в начале 20 века. Сегодня он нужен ещё менее. Но одновременно обостряется борьба за сохранение конкретного человека в круге избранных, попросту в круге капиталистов. А вот тут то и срабатывают закономерности, описанные левыми экономистами: растёт накопление капитала, первого подразделения общественного производства при обнищании основной массы населения, растёт безработица, платёжеспособный спрос сжимается. Такая ситуация приводит к войнам.

В 20 веке проблему решили с помощью очевидных методов:

Развитие среднего класса.
Богатые устыдились и испугались демонстративного потребления.
Начала расти благотворительность.
Государства начали изымать у богатых деньги с помощью прогрессивного налога и налога на наследство.
Государства начали тратить средства на решение общественных проблем.
Индустриальную экономику заставили работать на человечество. Теперь этот вызов бросила постиндустриальная экономика с её процессом глобализации. Это недобрый мир и он переживает кризис. Другой возможности изменить эти тренды у нас не будет.

А нужно ли их менять?

Мой блог находят по следующим фразам

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.