Стыдно – у кого видно

— Как вам не стыдно, девушка! 

— Если честно… никак не стыдно. 
(“Девчата”)

Одно из подтверждений того, что история развивается по спирали: с неизменным постоянством эта борьба заканчивается закручиванием гаек… На смену аристократии французского “галантного века”, не считавшей зазорным совокупляться и справлять нужды там, где приспичит, пришла буржуазия, полагавшая вершиной разврата оголенные женские руки. В США будто в ответ на пуританские замашки религиозных неформалов (таковыми их считали в Европе) грянула сексуальная революция. Теперь же принято считать, что процесс пошел в обратном направлении. По всей стране развернулось движение против внебрачного секса (вспомните, с каким кайфом читали нотации нашкодившему Клинтону), появилась партия девственников, и всегда найдется достаточное количество активистов, готовых следить за тем, чтобы “срамота” существовала в строго обозначенных коммерческих рамках.

Впрочем, все это достаточно условно: индустрия, обслуживающая тайные вожделения и сексуальные комплексы, работает, не снижая оборотов, и чем крепче закручивают гайки, тем больше прибыль. К тому же многое зависит от credo правящего класса. Кто-то очень разумно сказал: предосудительным в обществе считается то, чего не могут старики. Когда правитель до того дряхл, что засыпает, сидя на унитазе (а именно такой казус приключился с К.У. Черненко, чем он до смерти перепугал охрану), за образцово-показательную стыдливость общества можно не опасаться. Ну и, разумеется, основная масса даже понятия не имела о нарциссизме, вуайеризме, копрофилии и прочих гадостях, занесенных, равно как и однополая любовь, из-за бугра ветрами перестройки.

Святыми люди не рождаются, а если уж становятся, то по большей части очень крепко раскаявшиеся грешники. Еще Федор Михайлович Достоевский замечал, что слишком широк человек и надо бы его “сузить”. Стыд — как раз то, что “сужает” человека, не выпускает наружу мерзости, потенциально присутствующие в каждой душе. Понятно, что речь идет не о социальной стороне стыда: она-то как раз просто объясняется. Если граждане перестанут считать постыдным не возвращать долги, воровать, лизать седалища сильным, обижать слабых и т.д., то жизнь превратится в бедлам. Но другая, “телесная”, сторона стыда (то, что по расхожей поговорке естественно, а значит, не безобразно) — сплошная загадка.

Все люди одинаково выводят шлаки из организма, размножаются, и, в конце концов, — это подтверждено наукой! — все под одеждой голые. Отчего же, спрашивается, такой ажиотаж? Почему страсть подглядеть у других то, что прекрасно знаешь по самому себе, не оставляет даже взрослых людей? И более того — превращается в индустрию?

 

Очаг Папы Карло

Заинтересовавшись происхождением “телесного” стыда, Чезаре Ломброзо собрал сведения о том, как с этим делом обстояло у древних и дикарей, до сих пор живущих первобытной “естественной” жизнью. Начал он с непреложного факта, что “первобытный человек не знал никакой одежды”. Там, где климат располагает, местные первобытные до сих пор ходят в чем мать родила. И далее… “Кук однажды видел на одном из островов Таити взрослого мужчину, имевшего коитус с девочкой 11 лет в присутствии королевы, которая давала ему необходимые для этого наставления… Акт совокупления не имел в себе, по понятиям многих древних народов, ничего, что могло бы оскорбить чувство общественной благопристойности. Многие народы Кавказа, Африки и индусы совокуплялись в присутствии посторонних подобно животным…”

Если бы этим простодушным рассказали, что в конце XX века техническая мощь цивилизованного мира будет брошена на то, чтобы подглядеть, как люди переодеваются, испражняются, совокупляются, они, наверное, решили бы, что цивилизация — это такая неприличная болезнь. И стеклянные дома, виллы, напичканные телекамерами, еще больший абсурд, чем очаг Папы Карло, нарисованный на куске старого холста, поскольку весьма дорогостоящий.

Уже упомянутая игра “Большой Брат”, придуманная голландским телемагнатом, с триумфом прошла пол-Европы, и шествие продолжается. (Извините за кощунство, но можно только порадоваться за Джорджа Оруэлла, который не дожил до этого дня. Он, наверное, и не предполагал, что Большой Брат — главный ужас его легендарной антиутопии — будет популяризирован таким вот похабным образом.)

Как отмечал журнал “Шпигель” в заметке о показанном по ТВ шоу, “первая же неделя принесла зрителям полное разочарование: никто ни с кем не переспал, не подрался, никто никого не прибил”. Потом участники начали исправляться, правда, до совокуплений так и не дошло, но зато туалет посещали регулярно и добросовестно грызли глотки друг другу.

А упомянутую Даниэллу Тобар в Чили не знают разве что домашние животные. Столичную полицию со дня открытия стеклянного дома мучает головная боль: как успокоить огромную толпу, почти не уменьшающуюся с наступлением темноты и орущую: “Раздевайся”. Много народу приезжает из провинции специально посмотреть на Тобар: они сутками дежурят у дома, выжидая момент, когда барышня захочет в туалет или помыться.

 

Одиночество

Интересно, что желающих себя показать ничуть не меньше, чем желающих “людей посмотреть”. Медицина сходится на том, что страсть “себя показать” — это элементарная сексуальная патология (либо целый “букет” патологий). А вот насчет “наблюдателей” есть более сложное объяснение. Кандидат медицинских наук Игорь Вайль считает, что дело не ограничивается “извращением либидо”. “В душе-то все люди — бесстыдники. Недавно мы провели социологический опрос среди наших пациентов. Как оказалось, все владельцы биноклей регулярно смотрели в окна соседних домов, чтобы понаблюдать за раздевающимися. Однако при этом бесстыдство оставалось по сути интимным. Теперь же оно все больше и больше становится совместным. Как если бы люди начали онанировать не в одиночку, а строем… Массовые срамные оргии вызваны недостатком нормального секса. Неоправданно возросшее самомнение женщин и закрытость западного общества в интимном смысле вызывают желание “заглянуть в “замочную скважину”. А по сути представляют собой неосознанный массовый протест”.

В общем, нет нужды сытому в помойке рыться. И не знаю, как насчет самомнения женщин, не думаю, что только они виноваты, но когда в США, в образцовом правовом государстве, появляется ужасающе нелепый термин “визуальное сексуальное домогательство”, вспоминается что-то из детства, о том, что “у них — человек человеку волк”. Или по крайней мере не друг, не брат, не товарищ. Прославленный индивидуализм западного человека, готового насмерть отстаивать свои права и чистоту “личного пространства”, в конце концов настолько отдалил людей друг от друга, что человеческого лица уже не найдешь: кругом одни юридические… Решит суд: не приближаться к такому-то ближе чем на сто ярдов — и не приблизишься. Живого человека вытесняет виртуальный, неформальные отношения заменяет регламент, хоть и надежный, но неживой. Отсюда, наверное, происходит востребованность жанра “реальной жизни” и домов из стекла. Пусть это выглядит извращенно и бесстыдно, но человеку хочется почувствовать, что хоть в телесной, “срамной” своей ипостаси он не одинок.

…В немецком “Большом Брате” победил некий безработный, бывший гвардейский сержант. Разные фирмы стали наперебой звать его на работу, однако сержант все предложения отверг . Теперь кочует по телестудиям и за показ себя требует по 10 тысяч баксов.

Нюхнул паренек прижизненной славы — она же суррогат бессмертия. (И слава, надо сказать, трудная: зрителям, наверное, понравилось, как сержант приставал к девкам и производил дефекацию.) А шведскому студенту из похожей программы “Экспедиция “Робинзон” не повезло. Телезрителям и собратьям он не понравился — и его выкинули в первый же день. По правде говоря, сам не знаю, как бы себя чувствовал, узнав, что не нравлюсь нескольким сотням тысяч соотечественников… А вот студент под поезд бросился. Жаль парня, хотя, ввязываясь в это дело, должен был знать, что делают с загнанными лошадьми… 
Александр ГРИГОРЕНКО

Мой блог находят по следующим фразам

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.