Смешинка в рот попала!

Зачем мы смеемся?

Инфекция распространяется молниеносно, инкубационного периода практически нет. Частые судороги сотрясают диафрагму и грудную клетку зараженного, пульс достигает 120 ударов в минуту, лицо багровеет. Туловище сгибается, словно от удара в солнечное сплетение. Легкие раздуваются, чтобы втянуть в себя воздух, который движется по трахее со скоростью 100 км/ч. На выдохе из гортани вырывается стаккато громких и нелепых звуков. Через шесть секунд первый приступ проходит, но за ним следует второй, третий… Постепенно напряжение спадает, наступает состояние легкой усталости. Хотя пароксизмы еще какое-то время могут повторяться, но уже в ослабленной форме…

Смех звучит вокруг нас каждый день и повсюду: в автобусе, на работе, с экрана телевизора. Совсем обыденная вещь, и потому мы никогда не задумываемся, как важна эта человеческая эмоция. Смех — это своего рода “говорение” на всех языках сразу. Серии кратких гласных звуков “ха-ха-ха”, “хо-хо-хо”, “хи-хи-хи” понимают люди всех рас и культур.

Зачем человек смеется? Обычно смех считают своего рода катарсисом, избавлением от печальных мыслей и неприятных чувств. Но гелотологи — ученые, занятые изучением смеха как такового, — уверены, что в первую очередь это средство поддержания социальных связей. Этот скрытый язык запрограммирован в наших генах — для объединения людей. И как бы вы не прореагировали на ситуацию — гомерическим хохотом, глупым хихиканьем или сардонической ухмылкой — любой иноземец сразу поймет ваше смеховое послание.

С точки зрения науки

Когда ученые начали исследовать смех как средство общения, их многое удивило. Оказалось, что тот, кто рассказывает анекдоты, смеется, как правило, в два раза больше, чем его аудитория. Что смеющиеся люди часто не могут объяснить причину своего веселья. Что самые банальные выражения — “хорошо, что мы встретились” или “где же вы были” — вызывают взрывы хохота гораздо чаще, чем самые остроумные приколы. Что из всех случаев спонтанного смеха всего 10-20% вызваны действительно смешной ситуацией. Что смеются люди в 30 раз чаще в компании, чем в одиночестве.

Значит, истинная причина смеха — человек, а не анекдот. Смех — это сигнал о счастье, который мы посылаем другим. А когда рядом никого нет, задорного хохота не получится. Разве что легкая улыбка…

Смеяться человек начинает рано: в возрасте шести-восьми недель. Причем умеют это делать даже глухонемые младенцы. Повзрослев, дети повсюду и очень часто (до 300 раз в день) рассыпают свой задорный смех — как опознавательный знак готовности к общению и развлечениям. Конечно, если обстоятельства к тому располагают.

В мозгу щекотно

Нейрохирург Ицхак Фрид хотел выяснить, где находится источник припадков пациента-эпилептика. Он ввел в черепную коробку юноши тончайшие электроды, пропустил по ним ток и попросил его почитать, посчитать, дотронуться пальцем до носа.

Выполняя эти простейшие задания, пациент сотрясался в безудержном хохоте. Хотя в том, что он видел, не было ничего смешного. Приступы веселья зависели лишь от того, сколько тока нейрохирург пропускал через левое полушарие его мозга. Чем сильнее электроды щекотали мозг юноши, тем громче он смеялся. Над врачами — “Вы самые уморительные ребята, которых я когда-либо видел”, над картинками — “Ну и комичная же лошадь!”

Так, совершенно случайно нейрохирург Ицхак Фрид открыл участок мозга в четыре квадратных сантиметра, управляющий смехом. Тот, за которым охотились, но не могли найти гелотологи (от греческого слова gelos: смех). До этого открытия ученые использовали щекотальные машины, инъекции адреналина или веселящий газ.

И вот что им удалось выяснить, щекоча испытуемых: смеховая обойма состоит из ритмической серии коротких слогов (“ха-ха-ха-ха” или “хо-хо-хо-хо”), звуки смеха оканчиваются декрещендо, так как у смеющегося заканчивается воздух, у мужчин воздух при этом колеблется в среднем с частотой 280 герц, а у женщин — 500 герц.

А еще гелотологи уверены, что смех возник на заре человеческой эволюции. И сохранился до сих пор как очень удачное изобретение природы. Не только человек, но и обезьяны разряжаются прыскающим хохотом, когда их щекочут.

Смех — это животный атавизм. Возможно, он развился как жест сближения и примирения в угрожающих ситуациях. Или, наоборот, корни смеха следует искать в триумфальных возгласах, в издевательской радости от победы над врагом.

Даже младенец весело гулит не для того, чтобы очаровать своих родителей, а потому, что подносители пищи и дарители тепла дают ему все и вовремя.

Улыбнись и стань счастливым

Путь шутки через эмоции к улыбке и смеху — это не улица с односторонним движением, есть движение и в обратную сторону: с подъемом уголков рта меняется настроение. Это доказано экспериментально.

Психологи просили одних испытуемых зажать карандаш зубами, других — губами. Тем самым мимика одних напоминала смех, а мимика других — угрюмую гримасу. Обеим группам показывали карикатуры. Одинаковые. Но первые нашли их гораздо более смешными, чем вторые. Значит, поднятие уголков рта включает кнопку смеха в голове.

Есть люди, которые не могут смеяться с рождения. У них отсутствует нерв, который движет мускулами лица и создает разнообразную мимику.

Такой родилась Челси Томас. Мать смотрела на каменное лицо дочки и думала, что нельзя жить не смеясь. И отдала девочку в руки хирургов. Те вырезали маленькие мышцы из бедра, вживили под кожу лица и присоединили к жевательным нервам. Когда девочка кусала зубами, эти нервы активизировались и поднимали уголки рта. Однако улыбаться по-настоящему девочка так и не научилась. Просто теперь ее лицо стало маской смеющейся марионетки.

Тайна женского очарования

Известно, что женщины смеются гораздо больше мужчин. Особенно в смешанных компаниях. Похоже, мужчинам больше нравится смешить, чем смеяться самим, причем эта асимметрия наблюдается с самого детства. Вспомните, кто в вашем классе был шутом номер один — наверняка мальчишка.

А не является ли разница между мужским и женским смехом существенным фактором создания гармоничного союза?

Немецкие психологи наблюдали за реакцией женщин при разговоре с незнакомыми мужчинами, а затем опрашивали и тех, и других. Оказывается, чем больше женщина смеется, тем больший интерес она чувствует к собеседнику. Да и мужчинам хохотушки приятнее. Показатель здоровых, гармоничных взаимоотношений в паре — женский, а не мужской смех. Мужчины могут смеяться или не смеяться, но если в семье не звучит женский смех — дело плохо.

Эпидемия смеха

Смех — эмоция заразительная. В 1962 году в пансионе для девочек в Танзании разразилась невероятная эпидемия — три подружки, расхохотавшись не на шутку, не смогли остановиться и заразили остальных 95 воспитанниц. Школу пришлось закрыть. Но, разъехавшись по домам, хохотушки прихватили с собой смешинки, и на местах тоже возникли эпидемии. Вспышки смеха распространялись по Центральной Африке со скоростью лесного пожара и стихли лишь два с половиной года спустя, поразив более 1000 человек.

Подобная эпидемия чуть было не вывела из строя группу офицеров британских ВВС во время Второй мировой войны. Они испытывали необычный для того времени прибор, который каждую сказанную фразу секундой позже повторял по громкоговорителям. Испытатели нашли это забавным. Некоторые хихикнули. Громкоговорители также хихикнули в ответ, что вызвало легкий смех. Смех донесся и из динамиков. Так продолжалось до тех пор, пока вся группа не скорчилась в приступах судорожного хохота. Пока один из офицеров не понял серьезность положения и не отключил прибор.

Аномалия, скажете вы. Но вспомните мини-эпидемии, которые вызывает у нас группа известных актеров — не обязательно клоунов и юмористов, собранных в программе <Белый попугай>. Они рассказывают достаточно бородатые анекдоты и хохочут вразнобой, немузыкально, но громко. А вы? Разве вы не вторите им?

Заразительность смеха используют и телевизионщики — для сопровождения юмористических передач или комедийных сериалов. Придумали это американцы в 50-х годах. Но прием жив и поныне. Правда, уже не столь эффективен — значительная часть зрителей приобрела иммунитет к искусственному и неискреннему смеху за кадром.

Видимо, есть в нашем мозгу какой-то слуховой детектор, который замыкает определенную нервную цепь, что заставляет нас хохотать вслед за другими. (Заразительную зевоту, наверное, вызывает подобный же детектор, только зрительный.)

Смех — лекарство?

То, что смех полезен для здоровья, — широко известная истина. Те, кому мизинчик покажи — час хохотать будут, — и живут дольше, и выздоравливают от разных болячек быстрее. Недаром в народе бытуют поговорки: “Смех — лучшее лекарство”, “10 минут смеха равны стакану сметаны”. Понятно, конечно, что смех пенициллина не заменит. Но он объединяет людей, а поддержка других существенно улучшает моральное, ментальное и физическое состояние индивидуума. А еще смех мобилизует защитные силы организма, он способен привести в норму кровоснабжение мышечных тканей (и сердца), процессы в эндокринной системе и даже улучшить биохимический состав крови!

Так что во время эпидемии гриппа стоит “поржать” полчаса в день. Тогда зараза точно не пристанет. К тому же после смеха бронхи очищаются от мокроты, и газообмен легких усиливается в четыре раза.

Смех — еще и замечательный “массажист”. Во время пароксизмов хохота работают 80 групп мышц. А напряженный брюшной пресс усиливает сокращения гладкой мускулатуры внутренних органов, и кишечник работает лучше — не надо тратиться на слабительные.

А в мозгу во время приступов хохота активно вырабатываются “гормоны счастья” — эндорфины. Они не только дарят нам положительные эмоции, но и служат мощным оружием против боли.

В 60-е годы американец Норман Кузинс стал знаменит благодаря своему излечению смехом. Врачи диагностировали у него очень тяжелую форму коллагеноза костей. Неизлечимая болезнь сопровождалась адскими болями. Психолог по образованию, Кузинс решил испробовать на себе “смехотерапию”. И начал смотреть ежедневно самые смешные комедии. Прошла неделя, и боли стали стихать, улучшилось общее состояние. Через месяц анализы показали, что воспалительный процесс практически прекратился…

На исходе века смех начали брать на вооружение и в медицинских учреждениях. Некоторые клиники в США уже располагают “палатами юмора” для увеселения пациентов; в Западной Виргинии открыта больница, ориентированная на юмор.

В исцеляющую силу смеха верят и в немецком объединении докторов-клоунов, которое работает в Висбадене. Там проходят курс “смехотерапии” больные раком дети.

Может ли чувство юмора добавить нам десяток лет жизни? Почему нет? Психологи считают, что есть прямая зависимость между долгожительством и оптимизмом. Те, кто на неприятные бытовые ситуации реагируют угрюмо или враждебно, чаще болеют сердечно-сосудистыми заболеваниями. А те, у кого с детства было развито чувство юмора, живут дольше. Возможно, это происходит потому, что оптимисты активны и знают, что “все будет хорошо!”

Ведь, в конце концов, неважно, что именно оказывает целительный эффект: сам процесс хохотания или здоровый оптимизм. Пусть в том, что впереди — яйцо или курица — разбираются дотошные ученые.

А для нас главное — знать, что смех делает нас и добрее, и здоровее. И потому — давайте смеяться.

Валентина БОГОМОЛОВА

Мой блог находят по следующим фразам

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.